Ваня вернулся домой уже поздним вечером. Яга никак не соглашалась ехать никаким видом транспорта, поэтому пришлось идти через весь город пешком.
По дороге Иван еле успевал отвечать на вопросы старушки. Похоже, она действительно не была в их городе уже больше пятисот лет. Бабушку интересовало всё: что за дворцы стоят вокруг, кто в них живёт, чем сейчас интересуются люди и чем зарабатывают на жизнь, как они отдыхают и развлекаются, что продают и что покупают. Бедный студент рассказывал обо всём по мере своих возможностей, старательно избегая привычных ему улиц. Уж очень ему не хотелось, чтобы его друзья заметили, как он гуляет с какой-то бабкой. Уже около дома Яга затащила Ивана в супермаркет и накупила там на украденные деньги всякой еды. Причём ориентировалась старушка больше на высокие ценники, чем на какую-то целесообразность. Так в её корзине оказалось несколько банок красной и чёрной икры, огромный кусок натурального и потому дорогого окорока, всякие сладости ручной работы, к чаю. У входа в подъезд Яга остановилась, огляделась по сторонам и протянула в сторону руку. В тот же миг на руку спикировал и уселся большой чёрный ворон.
— Запомнил дорогу, Каркушенька? – спросила Яга у птицы. – Не заблудишься?
— Запомнил, — прокаркал ворон, — тут проще, чем в лесу.
— Тогда покажешь Васеньке, пусть будет рядом.
— Сделаю, — выкрикнул ворон и взмыл вверх.
— Ну что, богатырь, показывай свои хоромы, — улыбнулась Яга студенту, и тот обречённо открыл перед старушкой дверь.
Надо сказать, что Ваня всю дорогу надеялся, что Яга пошутила, говоря, что собирается жить у него. Она же постоянно над ним подшучивала, когда он гостил у неё в сказочном царстве Кощея Бессмертного. Но надежды юноши не оправдались: старуха не отпускала его, не понимая никаких намёков на неудобства, которые она доставляет своим неожиданным приездом.
— Вот тут я и живу, — сказал юноша, открывая перед Ягой дверь своей квартиры.
— Так это не весь дом твой? – удивилась Яга с еле заметным сарказмом.
— Конечно, не весь. У нас вообще маленькая квартирка. Хоть и трёхкомнатная, но комнатушки маленькие. Нам тут с мамой даже тесно.
— С мамой, говоришь? – хитро улыбнулась Яга, проходя в зал и бросая взгляд на фотографии на стене. – А где же твой отец?
— Погиб, когда я ещё совсем маленьким был. Он был лётчиком. На самолётах летал.
— Ну-ну, — недоверчиво заметила Яга, — почему же тогда нигде нет его картинки?
— Какой картинки? – не понял Ваня.
Яга указала на стену, сплошь увешанную фотографиями мамы и его маленького. Глядя на них, Ваня припомнил, как они ездили с мамой на море, как ходили в зоопарк, театр и музеи. Ни одной фотографии его отца не было.
— Не знаю, его фотографий не осталось.
— Ага, — как-то саркастично кивнула Яга, — а твоя мама – красавица. И по всему видно, что женщина она очень волевая и самостоятельная. Жаль ты не в неё пошёл.
— В каком смысле? – не понял Ваня.
— Ты весь в папочку, наверное, — Яга похлопала Ивана по плечу, — а где твоя комната?
Ваня провел Ягу в свою комнатушку. Тут было, как всегда, не прибрано. На диване была разбросана одежда. На компьютерном столе в тарелке лежал кусок недоеденной пиццы. Яга прошлась по комнате, внимательно всё разглядывая. Задержалась у книжной полки, читая названия на корешках книг. Провела пальцем по книгам, сдунула пыль, усмехнулась. Затем она целенаправленно прошла к дивану и плюхнулась на него, в то самое место, где любил сидеть Ваня, перед большом телевизором.
— Может, чаю? – предложил Иван, не зная, как начать разговор.
— Это потом, Ванечка, как твоя мама придёт, — улыбнулась Яга, — сейчас пока расскажи-ка мне, что это такое?
— Что именно? – не понял студент.
— Я и сама не знаю, что именно, — развела руками Яга, — я просто определила, что это место является для тебя как бы центром притяжения, — она поёрзала на диване. – Ты тут часто проводишь время, вот мне и интересно, почему?
— Ах это, — догадался Ваня, — тут просто удобно телевизор смотреть и в игры на большом экране играть тоже.
Он взял пульт и включил телевизор. Яга инстинктивно откинулась на спинку дивана, когда увидела на большом экране полуголую девицу, которая, извиваясь в причудливом танце, пела незатейливую песню о страстной любви, измене, страдании и мести. С минуту старушка наблюдала за девицей, потом неуверенно поинтересовалась:
— Это артистка что ли? Она поёт?
— Да. Это Элоиза — самая популярная сейчас молодая поп-звезда, — с воодушевлением произнёс Ваня, — она классно поёт, — добавил он, пристально наблюдая за круговыми движениями бёдер певицы.
— Ну да, ну да, я вижу, — усмехнулась Яга. – Ты, смотрю, большой специалист в этом?
— В чём именно? – Иван смутился и тоже сел на диван.
— В таких песнях вот. Не знаю, как это у вас сейчас называется.
— В шоу бизнесе? Ну не то, чтобы уж большой, но немного разбираюсь.
— Хорошо. Значит, я в тебе не ошиблась. Мне как раз нужен кто-то, кто устроил бы мне показ. Поводил бы по таким концертам.
Лицо Вани с каждой минутой становилось всё печальней. Надежды на отрывные каникулы таяли на глазах.
— Я не уверен, что найду на это время: у меня занятия ещё, сессия, экзамены на носу, готовиться надо.
Ваня мельком глянул на Ягу. Она сидела, закинув ногу на ногу, смотрела ему прямо в глаза и кивала при каждом его слове.
— Разумеется, Ванечка, разумеется. Знаешь, если бы мы не были давно знакомы, я бы поступила с тобой гораздо изящнее, но сейчас на это нет времени, поэтому скажу просто – ты всё врёшь!
Ваня густо покраснел.
— Да, вру. Если уж говорить на чистоту, то мне не хочется ходить со стар… с пожилой женщиной, — вовремя спохватился Иван, — по мероприятиям, где я могу встретиться со своими одногруппниками. Давайте я вас лучше в музей свожу или на выставку какую.
— Ты меня стесняешься что ли? – притворно изумилась Яга. – После всего того, что я для вас сделала?
— Нет, я не стесняюсь, — смутился Ваня, — и я благодарен вам за помощь и всё такое. Просто вы будете очень выделаться на таких мероприятиях. Мои друзья это заметят, начнут подшучивать. Потом от них не отвяжешься.
— Мда, — вздохнула Яга. – Небось, если бы ты пришёл с этой Элоизой, то подшучивать бы не стали над тобой.
— Ну хорошо, — сдался Иван. — Давайте я отведу вас один разок, куда вам хочется, но на этом всё!
— Не всё, — ехидно улыбнулась Яга, — но для начала тоже неплохо. Ты сегодня был на концерте. Узнал музыкантов, что так всем понравились?
Ваня задумался. Ему тоже исполнители показались знакомыми, но он сидел так далеко, что толком ничего разглядеть не сумел.
— Это наши хорошие враги: Рыжий со своими дружками, — подсказала Яга.
— Бесы? – Иван невольно вздрогнул, вспомнив свои прошлогодние приключения.
— Какой ты наблюдательный, — хихикнула старушка, — у них и группа также называется, кстати.
— Но как они тут очутились и что им опять надо? – насторожился Иван.
— Так вот это я и хочу выяснить, — улыбнулась Яга. – Они явно затевают какую-то пакость, но что именно, я понять не могу. С чего бы им заделаться музыкантами? Они сроду не играли. Разве что Буян, вроде, умел играть на гуслях. Мне нужен кто-то, кто поможет незаметно ходить на их концерты, наблюдать за ними, и вообще как-то ориентироваться в этом большом городе. Ну и жить же мне где-то надо?
— Вы серьёзно? У меня места совсем мало, — занервничал Ваня. — Я с мамой тут живу. Втроём нам вообще будет тесно.
— Да, хоромы у тебя небольшие, — кивнула Яга, — чуть побольше моей избушки, раза в три. А когда ты, Ванечка, пришёл ко мне голодный, холодный, да ещё и без штанов, я ведь пустила вас с Любой переночевать. – Иван смущенно опустил глаза. – Да, этим вот дурачки и отличаются от идиотов, — философски заметила Яга, — у них есть совесть. Как у тебя, Ванечка. Только она запрятана где-то далеко-далеко. И они привыкли постоянно от неё отворачиваться. А вот вытащишь её наружу, перед самые глаза, тогда им становится стыдно, прямо как тебе сейчас.
— Ладно, я всё понял, — вздохнул Иван, — оставайтесь, конечно. Я помощь вашу помню и ценю. Я тоже помогу, чем сумею. Вот только как маме всё объяснить? Она скоро прийти должна с работы. А я даже не знаю, как вас представить.
— Ой, да тут совсем не будет никаких трудностей. Я сто способов найду. Выбирай, какой тебе нравится. Видишь, если ты мне искренне помочь решил, то и я готова тебе навстречу пойти. Можешь представить меня как двоюродную бабушку по отцовской линии. – Иван задумался. Такой вариант был вполне работоспособным. – Или можно сказать, что я твоя покровительница, решившая оставить тебе своё наследство.
— Нет, вот этого не надо. Лучше бабушка двоюродная.
В этот момент раздался дверной звонок.
— А может, — Яга хитро сощурила глазки, — представишь меня как свою девушку?
— Вот только не это! – взмолился Иван, направляясь к двери.
— Решено! Буду твоей девушкой, — зло улыбнулась Яга беззубым ртом.
Проклиная всё на свете, Иван поспешил открывать дверь. Мама вошла внутрь и опустила на пол тяжелые сумки с едой. Выглядела она очень уставшей после рабочего дня, и Ваня подумал, почему это он раньше не замечал этого. Он помнил, что она и раньше вот так приходила с работы, приносила еду из супермаркета, а потом ещё готовила ужин, хотя сама очень выматывалась. Раньше Ваня как-то не обращал на это внимания. Теперь, когда Яга сказала, что его мама очень волевая и красивая, он неожиданно осознал, сколько трудов ей стоило вырастить его одной.
— Чуть руки не оторвались, — пожаловалась мама, — что так долго не открывал?
— Я не думал, что это ты, – слукавил Иван. – У тебя же ключи есть.
— Да они где-то на дне сумочки, лень искать было.
Мама взглянула на сына, который смущенно переминался с ноги на ногу.
— Ты что такой загадочный? Опять что-то набедокурил?
— Да всё нормально, — Ваня помог дотащить сумки до кухни.
Тут мама заметила пакет, который принесла Яга.
— Ух ты, ты тоже догадался сходить в магазин? Да накупил-то чего? – Она быстро доставала банки из пакета. – Ты что, в лотерею выиграл? Или на бесплатную распродажу попал? Или магазин ограбил? – пошутила она.
— Тут такое дело, — Ваня решил сразу покончить с трудной задачей, — это не я всё купил. Тут ко мне гости приехали. Она немного поживет у нас?
— Гости? Она? Так что же ты не представишь нас? – опешила мама. – Кто к нам приехал?
— Это моя бабушка, двоюродная, — резко выдохнул Иван.
Мама удивлённо изогнула бровь, с опаской посмотрела на сына и осторожно прошла в его комнату.
— Добрый день, — поздоровалась она, улыбнувшись, — а потом строго скосила глаза на Ивана. — Как тебе не стыдно так меня разыгрывать?
Ваня осторожно заглянул в комнату. Посредине комнаты перед телевизором стояла певица Элоиза, прямо в концертном костюме. Она смущенно улыбалась и пыталась одернуть короткую юбку, похожую на широкий пояс.
— Здравствуйте, — произнесла девушка, — вы меня извините за внешний вид, я в рабочей одежде к вам заскочила, прямо со съёмок.
Рот у Вани остался открытым на полуслове.
— Элоиза, если не ошибаюсь? – спросила Мама. – Вы, наверное, тогда голодные? Может, пройдем на кухню?
— Ой, да какая там Элоиза. Меня просто Лизой зовут. Лиза Петрова, — добродушно улыбнулась Яга, протягивая маме Ивана руку.
Через двадцать минут Лиза с Мамой вовсю орудовали на кухне, совместно готовя ужин из принесенных продуктов. Ваня сидел в углу и всё удивлялся, как быстро эти женщины нашли общий язык. Лиза ловко шинковала овощи для салата, как заправский повар, чистила картошку и при этом не умолкала ни на минуту, болтая о всяких пустяках. Мама Вани варила суп, и Лиза умудрялась ещё в нужный момент подавать специи, словно бы читала её мысли.
— Не ожидала я, Лиза, что ты умеешь готовить, — произнесла мама, пробуя суп и удивляясь тому, что сегодня он получался особенно вкусным.
— Почему же это? – искренне удивилась Яга.
— Ну как же, девушки вашего круга питаются, наверное, только в ресторанах.
— Ой, ну что вы, в каких ещё ресторанах? Вам разве Ваня ничего о мне не рассказывал?
— Представь, нет, — мама с укором посмотрела на сына. – Я и не знала, что он встречается со звездой.
— Это он, наверное, стесняется меня просто, — заметила Яга. – Звёзды же они тоже бывают разные. Вообще-то я выделила бы два типа. Первый – это девушки богатых родителей, которых папа-миллиардер, муж или любовник раскручивает в шоу бизнесе ради удовольствия своей ненаглядной. Таких сейчас примерно половина на телеэкране. Второй – это музыканты, которые действительно представляют что-то интересное. Не обязательно, чтобы они умели хорошо петь или танцевать, просто есть в них какая-то изюминка, которую можно хорошо продать в настоящий момент. Таких замечают маститые продюсеры, заключают с ними контракт, по большей части кабальный, вкладываются в рекламу и выжимают из молодых звёзд всё по-максимуму.
— Всё понятно. Кто-то талантом берёт, а кто-то деньгами, — вздохнула мама.
— Не совсем так, — не согласилась Яга, перемешивая салат, — среди богатых девчонок тоже очень много талантливых. Тут всё дело в деньгах. Если первые в основном только тратят на свою популярность, то вторые – зарабатывают. Я отношусь ко вторым. Я ведь совсем не думала заниматься шоу-бизнесом, и через год брошу это дело совсем.
Яга закончила накрывать стол, и все сели ужинать. Какое-то время ели молча. Яга уминала салат, не церемонясь, словно бы сто лет ничего не ела.
— Превосходный салат получился, — заметила мама Вани. — А как же ты попала на сцену, если не секрет?
— Ой, да какой там секрет, — улыбнулась Яга. – Я жила в маленькой деревушке в Сибири вместе с мамой. Отец бросил нас, когда я ещё совсем маленькая была, уехал на заработки и не вернулся. С детства я мечтала стать врачом. У нас там до ближайшего районного центра десять километров, а в районном центре только фельдшер. Понятно, люди лечатся сами, кто как может. И вот задумала я выучиться на терапевта. А поскольку я большая болтушка, как вы заметили, то вся деревня знала, что я после школы собираюсь поступать в медицинский. Разумеется, с первого раза у меня ничего не вышло. И программа у нас в школе совсем другая, чем в городе, и преподаватели. Провалила все экзамены. Расстроилась, разумеется. Приехала домой в слезах. Мама меня, конечно, утешала, но ничем помочь не могла: денег ни на репетиторов, ни на курсы какие, у нас не было. И пришла к нам в тот вечер соседка, баба Катя, старушка под девяносто лет. Сказала она, что сейчас без денег ничего не сделаешь, а коль я и впрямь хочу врачом стать, то надо идти учиться на платное отделение. Ну и подготовиться надо бы, разумеется. И дала она нам денег. Немного дала, что было на похороны скоплено. Я, разумеется, отказываться стала. Пояснила старушке, что этого на обучение не хватит и не стоит даже думать про такой вариант. Но она ничего слушать не хотела. А потом и ещё люди приходили. Все понимали, что врач в районе нужен, и если самим его не вырастить, то его и не будет никогда. К концу недели я уже насобирала половину денег на обучение. Мама сказала, что раз в меня люди так верят, то надо мне ехать в город и искать какую-нибудь работу, чтобы людей не подвести.
И Ваня, и его мама слушали Лизу, забыв про еду.
— И удалось найти работу? – поинтересовался Иван.
— Конечно, — хихикнула Лиза, — скосив глаза на своё платье. Мне, разумеется, повезло. Я звёзд с неба не хватаю. Большая часть денег достаётся продюсерской компании, но на обучение за полгода я скопить сумела. Вы ведь не думайте, я не транжира какая. Все эти сплетни по телевизору, походы по ресторанам, скандалы и прочее – это всё постановочное, и не за мой счет. Я же экономлю на всём, каждую копейку. Ведь кроме обучения надо же ещё где-то жить и чем-то питаться. Да и на курсы подготовительные я записалась. Так что сейчас я буду всё меньше и меньше выступать, а к осени совсем брошу. Буду только ещё в рекламе сниматься по контракту. А сейчас вот жильё себе подыскиваю подешевле, на первое время.
Воцарилась долгая пауза, во время которой Яга заварила чай с травками.
— Знаешь, Лиза, я совсем не ожидала, что у тебя такая … необычная история.
— Ой, да не объясняйте. Я всё прекрасно понимаю. Обычно что думают: попой крутить только на сцене умеет девчонка. А я думаю так, что для хорошего дела можно и покрутить. Не у всех есть деньги на учёбу.
Мама Ивана укоризненно посмотрела на сына.
— А у кого-то есть, но те, порой, даже не ценят этого, — сказала она многозначительно.
— Бывают и такие, согласилась Яга. Мне ещё повезло, что я с Ваней познакомилась. Он мне много что подсказать смог. Я же совсем деревенская была, городской жизни не знала. А сейчас вот помогает квартиру найти, а то гостиницы столько денег дерут. Я думаю, за неделю можно найти какую-нибудь комнату подешевле, а пока как-нибудь перебьюсь, — Лиза печально вздохнула.
— Погоди, зачем тебе эти гостиницы? – сказала мама, толкая локтем сына в бок. – Ты могла бы остановиться у нас пока. У нас целая комната свободная.
— Ой, да я прямо не знаю. Не ловко как-то вас затруднять, — потупила глазки Яга.
— Оставайся, оставайся, и Ваня будет рад, — мама бросила гневный взгляд на сына.
— Да, конечно, — сдался Иван, — не стоит на гостиницы тратиться.
— Ой, вы бы меня так сильно выручили, но мне как-то неловко вас затруднять, — всё ещё смущалась Яга.
— Ничего неловкого, — безапелляционно заметила мама, — я сейчас быстро приготовлю комнату, а вы пока чай пейте.
Сказав это, мама Вани выбежала из кухни. Ваня и Лиза остались одни. Яга хитро подмигнула Ивану.
— Видишь, я понравилась твоей маме.
— В таком-то облике, разумеется. Я и не знал, что вы можете так легко обличие других людей принимать.
— Ох, Ванечка, не могу я. Не могу. И, кстати, давай на ты, а то как-то странно получается. Мы же теперь как-никак друзья. Облик я не могу принимать, не оборотень же я какой. Могу лишь только глаза отвести, как говорят бесы.
— Это как? – не понял Иван.
— Я по-прежнему старая старуха, просто отвела вам глаза, чтобы казалось, будто я молодая девица.
— Это как тогда в царстве Кощея, когда вы сражались с бесами? – вспомнил Ваня.
— Нет, конечно. Тогда я на самом деле помолодела. Старухой биться разве мыслимое дело? Тут не с бесами, а с радикулитом будешь сражаться, да с ломотой в костях. Давай я тебя немного научу, коль мы теперь такие близкие друзья стали. Посмотри вон на мойку с грязной посудой. Кстати, тебе её мыть сегодня. Видишь меня краем глаза? Да не косись, на посуду смотри.
Иван уставился на раковину. Сначала он никак не мог приноровиться. Глаза так и соскальзывали на короткую юбку Лизы, но вскоре он наловчился и заметил, что когда он смотрел на Ягу боковым зрением, как бы невзначай, то видел её прежний облик старой женщины. А когда он переводил взгляд на неё, она сразу преображалась в молодую девушку.
— Ну, понял? – хихикнула Яга.
— Понял. Сплошной обман.
— Обман, да не сплошной, — серьёзно ответила Яга. — Историю свою я честно рассказала, всё так и было. Только было это со мной больше пятисот лет назад. Я, разумеется, не в институт тогда поступать собиралась, а к одному знатному алхимику в ученицы. Денег он с меня слупил много, но зато согласился девчонку учить. Другие же вообще отказывались, только парней в ученики брали тогда. Вот так-то. Так что, Ванечка, будем мы с тобой жить бок о бок, как говорится. – Яга прижалась к Ивану, взяла его под ручку, наклонилась к самому уху. – Я если хочешь, я к тебе вечерком загляну, попозже, — хитро подмигнула она.
Первая реакция Ивана была отстраниться подальше от наглой старухи, но потом он подумал, что если смотреть не искоса, а прямо, то её теперешний облик был очень даже симпатичный. Наверное, она везде так молодо выглядит, а не только лицо с руками. Мечтательное выражение лица Ивана не прошло мимо внимания Яги.
— Что же, вижу ты согласен. Тогда забегу, сказку тебе рассказать. Тебе про колобка сказка нравится? – язвительно спросила она.
— Не нравится, — обиделся Иван, — я уже не маленький.
— Точно, ты же уже в институте учишься, — согласилась Яга, — тогда про курочку Рябу.
Обидно хихикая, Яга направилась в свою комнату. Ваня, вздохнув, тоже пошёл к себе. Весёлые каникулы явно провалились, и теперь надо было подумать, что делать дальше. Он понимал, что бесы – это не шутка. Несмотря на кажущуюся простоту, Ваня прекрасно понимал опасность складывающейся ситуации. Он, разумеется, злился на Ягу, её бесцеремонность, а больше всего на её глупые шуточки, но в глубине души Иван прекрасно понимал, что помочь старушке нужно во что бы то ни стало.
